Зачем это ученичество? Для мага (по его словам) — успокоить солдат. А на самом деле? Выиграть время? Приготовить ловушку, а потом ставить на мне опыты? Какие-то ещё резоны? А для меня? Пожить некоторое время в крепости? Узнать что-то новое? А надо ли мне это? Может проще уйти сразу? Вернуться в деревню, попросить немного продуктов, ножик (на всякий случай), узнать дорогу и вперёд, как и говорила, на север? Свет клином не сошелся на этих солдатах, этой крепости, этом маге.
Но на всякий случай я спросила:
— Как долго продлится моё ученичество?
— Нисколько — тут же ответил маг — Это только чтобы успокоить солдат. Будешь жить в нашем особняке, иногда сопровождать меня. В остальном вольна делать что пожелаешь.
— И каждую минуту ждать, что ты ударишь мне в спину? Не проще ли уйти сразу?
— Я тоже тебе не верю, так что мы в одинаковом положении.
— Так зачем всё это?
— Иногда лучше пустить события на самотек. Проблема или разрешится сама, или она вообще неразрешима.
— Другими словами — или умру я, или ты, или случится нечто такое, после чего наши отношения покажутся мелочью?
— Примерно так — чуть усмехнулся маг.
— Когда я смогу уйти?
— Как моя ученица — в любой момент. Но только как моя ученица — солдаты воспримут это гораздо спокойнее.
— А если…
— Всем будет гораздо хуже — вокруг мага снова начались непонятные изменения.
Драться совершенно не хотелось, и я с огромным сомнением, надеясь только на то, что интуиция меня не обманет, сдалась.
— Хорошо, я согласна. Что я должна теперь делать?
— Медленно приложи правую руку к груди и медленно поклонись. Потом встанешь за моим левым плечом.
Не спуская с него взгляда, я медленно поклонилась. Холс удовлетворенно кивнул. Потом повернулся к ожидающим солдатам, а я сдвинулась к нему за плечо.
Голос у Холса оказался весьма зычным.
— Я, Холс, боевой маг Большого Гнезда объявляю Натис своей ученицей!
По рядам солдат словно пробежала рябь — они переглядывались, перебрасывались короткими фразами, и снова всё замерло. Барон Мик снова прошелся вдоль строя, и на этот раз перед ним вытягивались гораздо охотнее. Удовлетворенно кивнув, он коротко скомандовал:
— Разойдись!
Холс внимательно наблюдал за солдатами.
— Ну, что ж, вроде обошлось — сказал он через некоторое время.
— И часто у вас бывают такие развлечения? — не удержалась я.
— Не часто — маг был серьёзен — Но девочки — мага — посудомойки у нас ещё не было. Теперь же всё ясно и понятно. Осталось сходить в казарму и убить нескольких недоумков, которые ещё не поняли, кто ты на самом деле, и будет вообще прекрасно.
С усмешкой понаблюдав, как я наливаюсь яростью, торопливо добавил:
— Знаю, знаю, что ты не убиваешь по приказу, но поводов у тебя будет предостаточно… — и сразу стал серьёзным — Сейчас пойдёшь в особняк, скажешь Такнте, чтобы она устроила тебя в женской гостевой.
— Такнта — это кто?
— Женщина, которая отвечает за хозяйство. Она всё знает. Приведи себя в порядок и отдыхай. День-два у тебя есть.
— А потом?
— А потом я скажу, чем тебе заниматься.
Мик подошел к магу, задумчиво смотревшему вслед уходящей Натис.
— В чем дело, Холс? Ты меняешь свои решения по несколько раз! Вроде ясно решили, что девчонку надо выгнать, и вдруг ты решаешь её убить!
— Это было заметно?
— Ну, ещё бы! Ты засверкал как драгоценный камень, а уж я-то насмотрелся, что происходит после этого.
— Девчонка проговорилась, что хочет идти на север и установить там свои порядки.
— И что? Мало их было? Только на моей памяти сгинуло с десяток таких желающих. Зачем ты её остановил?
— Слишком много уверенности в себе.
— С каких это пор ты оцениваешь человека по его самомнению, а не по реальным возможностям? Девчонка возомнит себя богиней и что, будешь ей в ножки кланяться? Раз решил убить, так убил бы сразу, чтобы не создавать проблем.
— Я вдруг подумал, что уничтоженная крепость этого не стоит.
— Даже так?! — Мик невольно оглянулся вслед уходящей Натис.
— Даже так — повторил маг — Девчонка не имеет ни малейшего понятия о грамотной защите, но для нападения изобретает совершенно невероятные вещи. Но стоило перестать на неё давить, и она почти сразу успокоилась. Думаю, вариант с ученичеством пока наилучший. Мы ей не приказываем, она никуда не лезет, солдаты спокойны.
— И в любой момент она может стать угрозой — её целей мы по-прежнему не знаем.
— Главное — не провоцировать. Послезавтра смена постов на Первом круге. Отправим её туда вместе с командой, пусть отдохнёт.
Мик зло поджал губы.
— Слушай, Холс, ты хоть сам знаешь, чего ты хочешь? Я уже запутался. То ты не хочешь отпускать девчонку, то сам же отправляешь поближе к Землям Туманов. А если она сбежит? А если что-нибудь устроит?
— А зачем ей бежать? Здесь у неё теперь есть всё — положение, кров, защита. А вот посмотреть на её поведение в реальных условиях будет интересно. И если сгинет от какой напасти, так мы вроде как и ни при чём — слаба оказалась. Сигнальная система работает хорошо, и если она решит прогуляться по Землям, я за ней прослежу. Так что пока я вижу одни плюсы от своего решения. Единственная просьба к тебе, Мик. Такнта сегодня её отмоет, приведёт в порядок, и в какой-то момент она может на короткий миг показаться тебе не то чтобы симпатичной, но хотя бы поводом поразвлечься на часок. Это будет ошибкой, и может даже смертельной.
Мик хмыкнул.
— Я не самоубийца, чтобы пытаться насиловать магичку. Может как-нибудь потом, осторожно обработать, чтобы она сама пришла в мою постель…
— Дело твое. И жизнь твоя.
Солдат у входа в дом не пытался меня остановить, просто смотрел, ожидая, что я скажу.
— Мне нужна Такнта.
Солдат кивнул, дернул за шнурок, висевший у входа, и где-то в глубине дома раздался лёгкий звон колокольчика. Через некоторое время вышла женщина средних лет. «Дебелая голландка» почему-то подумалось мне. Среднего роста, фигуристая. Крепенькая, но фигура ещё не расплылась. Судя по взгляду солдата, тот сразу забыл про свою службу, да и вообще про всё на свете. Всё правильно, мужики таких любят — есть за что подержаться. Правильное европейское лицо, голубые глаза. Чистая белая кожа (что удивительно под таким солнцем) без единой морщинки. Не красавица, но очень приятная на взгляд и на ощупь. Рядом с ней я в своем задрипанном платье остро почувствовала себя жалкой неудачницей. Стараясь преодолеть смущение, пробормотала:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
